АНО "Родительский Дом"
О проекте  | Cпециалисты  | Контакты  Запись на курсы:  онлайн-форма  |  +7 (495) 772–69–26
Перинатальная психология
для специалистов
Образовательные программы по перинатальной психологии Образовательные программы по раннему возрасту Специальные программы
     |   |   |   |   |   
     

Подписаться на новости по перинатальной психологии

Школа для Пап и Мам
Школа для Пап и Мам
Планирование беременности. Курсы подготовки к родам. Психологические консультации.

ОСОБЕННОСТИ ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ МАТЕРЕЙ С ДЕТЬМИ РАННЕГО ВОЗРАСТА, ЗАЧАТЫМИ ПОСРЕДСТВОМ ЭКСТРАКОРПОРАЛЬНОГО ОПЛОДОТВОРЕНИЯ

Соловьева Е.В. Особенности взаимодействия матерей с детьми раннего возраста, зачатыми посредством экстракорпорального оплодотворения [Электронный ресурс] / Е.В. Соловьева // Современные исследования социальных проблем (электронный научный журнал). — 2015. — № 2 (46).

Представлены результаты изучения взаимодействия матерей и детей раннего возраста на основе анализа видеозаписи их свободной игры в 90 диадах в случае естественного зачатия и 77 диадах, где дети были зачаты посредством экстракорпорального оплодотворения (ЭКО).Границы возраста детей обеих групп на момент исследования – от 12 до 37 месяцев. Использованы методики: диагностика диадического взаимодействия на основе анализа видеозаписи свободной игры матери и ребенка, разработанная М.Е. Ланцбург, опросник для матерей, данные медицинского анамнеза. Показано, что для матерей, зачавших при помощи ЭКО, в сравнении со спонтанно зачавшими матерями, взаимодействие со своими детьми характеризуется более низким проявлением сензитивности и респонсивности и недостаточно выраженном субъектно-ориентированном отношении к ребенку; в диадах «мать — ребенок» в случае зачатия с помощью ЭКО отмечено более редкое использование матерями как вербальных, так и невербальных средств общения.

Ключевые слова:ранний возраст, взаимодействие в диаде «мать – дитя», материнская компетентность, средства общения, экстракорпоральное оплодотворение, спонтанное зачатие.

В последние десятилетия во всем мире резкое увеличилось число детей, зачатых при помощи вспомогательных репродуктивных технологий (ВРТ). В нашей стране эта тенденция отмечается в течение последних 20 лет; к 2012 г. по числу выполненных циклов ВРТ Россия занимает 3 месте в мире (после Франции и Германии). По данным Российской Ассоциации Репродукции Человека (РАРЧ) в России к 2012 гг. работали по меньшей мере 138 клиник ВРТ, что в 4,6 раза больше, чем их было в 2000 г. Соответственно, число детей, зачатых с применением ВРТ, в нашей стране стремительно растет: если в 2003 г. после ВРТ у нас родилось 1830 детей, что соответствовало 0,12% от всех рожденных детей, то в 2012 г. после ВРТ появилось на свет 15944 детей, что составило уже 0,84% от всех родившихся в России младенцев.

Одним из наиболее эффективных способов преодоления бесплодия является экстракорпоральное оплодотворение (ЭКО): согласно статистике РАРЧ ЭКО составляет около 40% общего числа циклов ВРТ в России. Этот метод включен в Программу государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи на 2013 год и на плановый период 2014–2015 гг. и согласно Постановлению Правительства РФ № 1074от 22 октября 2012 г.финансируется в рамках программы обязательного медицинского страхования.

Несмотря на увеличение числа детей, зачатых при помощиВРТ, влияние новых технологий на отношения ребенка с родителями и на функционирование семейной системы в целом недостаточно изучено как в нашей стране, так и за рубежом.Исследования чаще всего раскрывают медицинский аспектпроблемы и касаются вопросов физического здоровья детей, зачатых посредством ЭКО, и условий пре- и перинатального периодов, на него влияющих [1;6; 12; 15]. Изучение уровня жизни, детско-родительских отношений и типов воспитания в семьях с ребенком, рожденным в результате ВРТ, представлено немногочисленными публикациями.К примеру,мы можем найти подтверждения достаточно высокого качества жизни таких семей [5; 12]; в ряде работ британских специалистов S. Golombok и соавт.доказывается, что такие семьи функционируют по крайней мере не хуже, чем семьи с детьми, зачатыми спонтанно [13; 14]. В исследовании F.Gibsonи соавт. [11] показано, что ЭКО-матери проявляют чувствительное и эмоционально включенное поведение во взаимодействии со своими годовалыми детьми, не оказывают на них давления в воспитательном процессе. Напротив, в статье F.VanBalen[16] утверждается, что отличительной чертой ЭКО-родителей является проявление чрезмерной опеки и доминирования по сравнению с родителями, зачавшими спонтанно; изучение материнского отношения к ЭКО-детям раннего возраста, проведенное в Центре планирования семьи и репродукции г. Москвы, выявило, что для матерей, зачавших при помощи ЭКО, характерно предъявление детям неадекватных их возрасту требований и завышенные ожидания от них [8]. Итак, несмотря на достаточно высокий интерес к изучению психологических особенностей женщин с нарушениями репродуктивного здоровья, вопрос о влиянии трудностей на этапе зачатия на формирование материнского отношения к ребенку и на взаимодействие в диаде «мать – дитя» остается недостаточно изученным, а результаты имеющихся исследований противоречивы.

В русле культурно-исторического подхода путь к пониманию развития ребенка в первые годы жизни лежит через изучение его взаимодействия с окружающим миром, опосредованного близким взрослым, чаще всего — матерью. Мы предположили, чтов случае зачатия ребенка с помощью ЭКО это взаимодействие может иметь особенности по сравнению с диадами в случае спонтанного зачатия. Это определило цель исследования: сравнительное изучение характеристик взаимодействия в двух группах диад «мать — дитя» во время их свободной игры.

Сбор эмпирических данных проводилсяв отделении катамнеза Центра планирования семьи и репродукции г. Москвы и в детских дошкольных учреждениях г. Москвы №№ 2613, 1798, 2336. Выборка состояла из 167 диад «мать — дитя». Основную группу составили 77 диад, в которых дети были зачаты с помощью ЭКО (группа ЭКО); контрольную группу составили 90 диад с детьми от спонтанной беременности (группа СБ). Границы возраста детей обеих групп на момент исследования – от 12 до 37 месяцев, средний возраст в группе ЭКО – 20,0±0,91 месяца, в группе СБ – 20,6±0,84 месяцев.Половозрастные показатели детей (соотношение мальчиков и девочек, представленность детей 2 и 3 лет жизни), а также основные социально-демографические характеристики семей в обеих группах (состав семей, уровень образования матерей, уровень доходов в семье) не имеют значимых различий.

В качестве основного метода исследования была выбранаметодика диагностики диадического взаимодействия на основе анализа видеозаписи свободной игры матери и ребенка, разработанная М.Е. Ланцбург [3].Экспериментальная ситуация состояла в том, что матерям предлагалось в течение 10 минут поиграть со своим ребенком, сидя за столиком или на ковре так, как это обычно происходит дома, используя при этом предложенный набор игрушек, соответствующий возрасту ребенка. С согласия матерей игровое взаимодействие записывалось на видеодля последующего анализа.Эта методика опирается на подход к диагностике психического развития детей от рождения до трех лет, предложенный Е.О. Смирновой и соавт. [7], где в различных игровых ситуациях методом структурированного наблюдения изучается предметная деятельность как ведущая в раннем возрасте и ситуативно-деловое общение ребенка со взрослым.

Также были использованы метод анкетирования матерей, изучение медицинской документации и статистическая обработка данных (программаSPSSStatistics19). Для оценки различий между выборками использовался критерий Манна-Уитни, поскольку исследуемые признаки не имеют нормального распределения.

Согласно культурно-историческому подходу социальная ситуация развития в раннем возрасте представлена ситуацией совместной деятельности ребенка со взрослым, осуществляемой в виде сотрудничества [7; 10], где основная форма коммуникации – ситуативно-деловое общение, опосредованное предметными действиями [4]. В связи с этим мы рассматривали взаимодействие матери и ребенка в процессе их свободной игры в двух направлениях: со стороны матери — использование вербальных и невербальных средств общения, способность организовать пространство, сопровождение речью действий своих и ребенка, проявление инициативы, сензитивность и респонсивность к ребенку, эмоциональная вовлеченность во взаимодействие, и со стороны ребенка — концентрация внимания на матери, проявление инициативы, сензитивность и респонсивность к матери, эмоциональная вовлеченность во взаимодействие, понимание речи матери.Оценка ставилась по четырехбалльной шкале в соответствии с разработанными критериями.

Личностно-ориентированное взаимодействие [4] матери с ребенком в первые годы жизни, по мнению Г.Г. Филипповой [9],происходитв диадических отношениях иопределяется уровнем развития материнской компетентности, т.е. способностью понимать потребности ребенка и умением своевременно и качественно их удовлетворять, владением навыками ухода и общения. Поэтому в процессе диагностики мы уделяли большое внимание изучению таких материнских качеств, как сензитивность и респонсивность по отношению к ребенку и субъектно-ориентированное отношение к нему. Учитывая особую значимость невербальной коммуникации в первые годы жизни [4; 7], мы включили в методику изучение следующих пяти компонентов невербального взаимодействия: мимика, интонация, жесты, взгляды и физический контакт.

Сравнение средних показателей характеристик взаимодействия в группах выявило как общее, так и существенные различия. Исследование показало, что матери обеих групп в равной мере были эмоционально включены во взаимодействие и часто проявляли собственную инициативу во время игры. Параметры, которые значимо различаются в исследуемых группах, представлены в таблице 1.

Таблица 1.

Средние значения характеристик взаимодействия со стороны матерей, по которым выявлены значимые различия в исследуемых группах

Матери группы ЭКО

Матери группы СБ

р

Характе-

ристики

действий

Сопровождение речью действий своих и ребенка

2,01

2,27

0,050*

Респонсивность к ребенку

1,74

2,11

0,009**

Сензитивность к ребенку

1,75

2,02

0,030*

Средства

взаимо-

действия

Вербальные

Обращение к ребенку по имени

1,05

1,22

0,022*

Вербальное побуждение ребенка к действию

1,96

2,12

0,050*

Невербальные (для обозначения положительных эмоций)

Мимика

1,61

1,99

0,020*

Интонация

1,73

2,04

0,047*

Жесты

1,42

1,73

0,032*

Невербальные (для обозначения отрицательных эмоций)

Мимика

0,17

0,02

0,003**

Интонация

0,11

0,01

0,014*

Примечание:минимальное значение параметров – 0, максимальное – 3.

Условные обозначения:p– уровень значимости по критерию Манна-Уитни,

*- р<=0,05, **- р<=0,01

Как видно из табл. 1, матери, зачавшие при помощи ЭКО, в сравнении с зачавшими спонтанно, во время игры существенно реже сопровождали речью действия свои и ребенка, а именно реже проговаривали действия, инструкции, комментировали происходящее;также они показали достоверно более низкий уровень сензитивности и респонсивности к своим детям. Это означает, что для ЭКО-матерей характерен более низкий уровень коммуникативной компетентности во взаимодействии с ребенком. Также матери, зачавшие при помощи ЭКО, существенно реже обращались к ребенку по имени, что может являться свидетельством меньшей выраженности у них субъектно-ориентированного отношения к ребенку. Реже встречались у матерей группы ЭКО и словесные побуждения ребенка к игровым действиям.

Сравнительный анализ невербальныхкоммуникативных средств показал, что во время игры матери обеих групп использовали достаточно широкий спектр положительно окрашенных невербальных средств взаимодействия: мимику, интонацию, взгляды, жесты, телесный контакт с ребенком. Взгляды на ребенка и телесный контакт с ним (прикосновение, поцелуи, поглаживания, усаживание к себе на колени) встретились в обеих группах в равной степени. При этом использование при проявлении положительных эмоций таких средств взаимодействия, как мимика, интонация и жесты, у ЭКО-матерей встретилось достоверно реже, чем у спонтанно зачавших. Невербальные коммуникативные средства при проявлении отрицательных эмоций матери обеих групп проявляли во время игры достаточно редко, но среди матерей, зачавших при помощи ЭКО, отрицательно окрашенные экспрессивно-мимические средства (мимика, интонации и взгляды) были отмечены существенно чаще, чем среди зачавших спонтанно.

Теперь обратимся к анализу взаимодействия со стороны детей. В табл.2 представлены характеристики, которые значимо различаются в исследуемых группах.Таблица 2.

Средние значения характеристик взаимодействия со стороны детей, по которым выявлены значимые различия в исследуемых группах

Характеристики взаимодействия

Дети группы ЭКО

Дети группы СБ

р

Вербальное обращение ребенка

к матери

0,55

0,87

0,016*

Использование жестов во взаимодействии

0,90

1,22

0,007**

Включенность предметных действий

в общение

1,17

1,50

0,037*

Примечание:минимальное значение параметров – 0, максимальное – 3.

Условные обозначения: p– уровень значимости по критерию Манна-Уитни,

*- р<=0,05, **- р<=0,01.

Как можно видеть из данных табл. 2, дети, зачатые при помощи ЭКО, существенно реже вербально обращаются к своим матерям, побуждая их к совместным действиям в игре, что положительно коррелирует (р<=0,05) с параметром «сопровождение матерью речью действий своих и ребенка». Других различий между группами в использовании детьми вербальных средств взаимодействия мы не выявили.

Изучение использования невербальных коммуникативных средств показало, что и у матерей, и у детей обеих групп позитивные эмоции преобладали над отрицательными. Экспрессивно-мимические средства взаимодействия с матерями (мимику, интонацию, взгляды) дети обеих групп использовали с равной частотой; характеристики действий детей в группах ЭКО и СБ во время игры с матерями также не имеют существенных различий. Достоверные различия в невербальной коммуникации выявлены по одному параметру: дети, рожденные после ЭКО, во время игры существенно реже использовали жесты (протягивание и вкладывание в руку матери игрушек, показ желаемого действия или предмета и т.п.). С позиций культурно-исторического подхода жест, в отличие от других невербальных коммуникативных средств, является культурно заданным, сформированным знаковым средством. Мы полагаем, что более редкое использование жестов вкупе с меньшей включенностью предметных действий в общение (т.е. стремление ребенка действовать по образцу и воспроизводить образец действия) [7] у детей группы ЭКО может указывать на более низкий уровень общения у детей этой группы.

На основании полученных результатов мы можем сформулировать следующие выводы.

1.Сравнение характеристик взаимодействия матерей и детей во время их свободной игры в группах ЭКО и СБ выявило различия в большей степени со стороны матерей.

2.Особенности взаимодействия ЭКО-матерей со своими детьми состоят в следующем:

2.1.Матери, зачавшие при помощи ЭКО, в сравнении с контрольной группой, проявили во время игры более низкую сензитивность и респонсивность по отношению к своим детям и реже использовали как вербальные, так и невербальные средства взаимодействия.

2.2.Матери, зачавшие при помощи ЭКО, реже, чем зачавшие спонтанно, обращались к ребенку по имени, что может свидетельствовать о недостаточной выраженности субъектно-ориентированного отношения к ребенку.

3.Дети, зачатые при помощи ЭКО, реже вербально обращались к матерям во время игры и реже использовали жесты, чем спонтанно зачатые дети.

Таким образом, для матерей, зачавших при помощи ЭКО, в сравнении со спонтанно зачавшими матерями, взаимодействие со своими детьми характеризуется более низкой материнской компетентностью, что проявляется внизкой сензитивности и респонсивности, а также недостаточно выраженном субъектно-ориентированном отношении к ребенку. Это может свидетельствовать об определенной дефицитарности в социальной ситуации развития ребенка, зачатого посредством ЭКО [2]. Можно предположить, что выявленное нами более редкое обращение ЭКО-детей к матери как вербально, так и посредством жеста неблагоприятно отражается на каком-либо из аспектов развития ребенка, но такая гипотеза требует подтверждения в дальнейших исследованиях.

Сформированность материнской компетентности рассматривается в перинатальной психологии как одна из составляющих психологической готовности к материнству [9]; период ожидания ребенка (после идентификации шевелений плода) является сензитивным для формирования материнской компетентности. Полученные в данной работе результаты позволяют говорить о недостаточной сформированности этого конструкта у ЭКО-матерей. Поэтому мы считаем важным обращать особое внимание на развитие сензитивности и респонсивности и формирование субъектно-ориентированного отношения к ребенку у будущих матерей, чье зачатие произошло при помощи ЭКО, на этапе вынашивания в процессе подготовки к родам и родительству. Также наши результаты могут повысить эффективность психолого-профилактической и коррекционной работыс семьями, имеющими детей, рожденных после преодоления бесплодия с помощью ЭКО.

Автор благодарит кандидата биологических наук М.Е. Ланцбург за ценные замечания и рекомендации во время проведения исследования и на этапе написания статьи.

Список литературы

1.Барашнев Ю.И. Особенности здоровья детей, рожденных женщинами с помощью вспомогательных репродуктивных технологий // Российский вестник перинатологии и педиатрии. 2004. № 5. С.12–17.

2.Ланцбург М.Е. Роль психологической подготовки и поддержки в реализации родительских функций // Психологическая наука и образование. 2011. № 1. С. 15–26.

3.Ланцбург М.Е., Соловьева Е.В. О методике изучения взаимодействия матери и ребенка в раннем возрасте // Дети и общество: социальная реальность и новации. Сборник статей по материалам Всероссийской научно-практической конференции. М.: 2014. С. 924–929.

4.Лисина М.И. Общение, личность и психика ребенка / Под редакцией Рузской А.Г. М.: Институт практической психологии, Воронеж: НПО «МОДЭК», 1997. 384 с.

5.Плаксина А.Н., Ковтун О.П., Блохина С.И. Оценка показателей качества жизни детей, рожденных при помощи вспомогательных репродуктивных технологий // Системная интеграция в здравоохранении (электронный научный журнал). 2011. № 1. URL: http://www.sys-int.ru/ru/journals/2011/1–11/ocenka-pokazateley-kachestva-zhizni-detey-rozhdennyh-pri-pomoshchi-vspomogatelnyh (дата обращения 20.02.2015).

6.Рищук С.В., Мирский В.Е. Состояние здоровья детей и особенности течения беременности после применения вспомогательных репродуктивных технологий // TERRA MEDICA NOVA (электронный научный журнал). 2010. № 1. URL: http://www.terramedica.spb.ru/all/public/pdf/terra/1–60–2010-f115.pdf (дата обращения 20.02.2015).

7.Смирнова Е.О., Галигузова Л.Н., Ермолова Т.В., Мещерякова С.Ю. Диагностика психического развития детей от рождения до 3 лет. М.: МГППУ, 2002. 128 с.

8.Соловьева Е.В. О материнском отношении к детям раннего возраста, зачатым посредством экстракорпорального оплодотворения // Психологическая наука и образование psyedu.ru (электронный научный журнал). 2014. Т.6. № 4. URL: http://psyjournals.ru/psyedu_ru/2014/n4/73567.shtml (дата обращения: 20.02.2015)

9.Филиппова Г.Г. Психология материнства: Учебное пособие. М.: Изд-во Института Психотерапии, 2002. 240 с.

10.Эльконин Д.Б. К проблеме периодизации психологического развития в детском возрасте // Вопросы психологии. 1971. № 4. С.6–20.

11.Gibson F.L., Ungerer J.A., McMahon C.A., Leslie G.I., Saunders D.M. The Mother–Child Relationship Following In Vitro Fertilisation (IVF): Infant Attachment, Responsivity and Maternal Sensitivity // J. Child Psychol. Psychiat. 2000. Vol. 41. № 8. Р.1015-1023.

12.Golombok S., Brewaeys A., Cook R., et al. The European study of assisted reproduction families: Family functioning and child development // Human Reproduction. 1996. № 11. Р. 2324-2331.

13.Golombok S., MacCallum P., Goodman E. The «test-tube» generation: Parent-child relationships and the psychological well-being of in vitro fertilization children at adolescence // Child Development. 2001. № 72.Р. 599–608.

14.Golombok S., MacCallum R., Goodman E., Rutter M. Families with children conceived by donor insemination: A follow-up at age twelve // Child Development. 2002. № 73.Р.952–968.

15.Squires J., Kaplan P. Developmental Outcomes of Children Born After Assisted Reproductive Technologies // Infants & Young Children. 2007. Vol. 20. № 1. P.2–10.

16.Van Balen F. Children born following in vitro fertilization // Zeitschrift fur Erziehungswissenschaft. 1999. № 2. Р.31–44.


Смотрите также:

Ближайшие курсы
15-16 июля |  Москва
Данный семинар готовит специалистов для ранней диагностики нарушений развития детей младенческого и раннего возраста и дальнейшей успешной коррекционно-развивающей работы.
2 июля |  Москва
Данный семинар организован для психологов, социальных работников и представителей других специальностей, ведущих групповую и индивидуальную работу с беременными женщинами, работающих в учреждениях родовспоможения, занимающихся сопровождением в родах. Цель: ознакомление с основами акушерской физиологии и патологии, формирование адекватного представление о ведении перинатального периода.
1 сессия: сентябрь, 2 сессия: октябрь |  Москва
Действует скидка для иногородних!
Для практических психологов и студентов старших курсов а также врачей, акушерок, социальных работников и педагогов. Обучение проводится в 2 сессии, общая продолжительность 2 недели.
© 2004—2017 АНО «Родительский Дом»
© 2004—2017 Научно-методический проект «Перинатальная психология» Psymama.ru
       Psymama.ru
●  О Центре
●  Наши специалисты
●  Консультации
●  Контакты
●  Наши партнеры
Образовательные программы
●  Повышение квалификации
●  Авторские семинары
Запись на курсы
●  По телефону: +7 (495) 772–69–26
●  WhatsApp: +7 (926) 402–71–97
●  Через онлайн-форму
●  По email: info@psymama.ru
●  Организационные вопросы и ответы